Автор – Анатолий Горбунов

У большинства населённых пунктов заокской части Луховицкого района дата основания не известна. Никто точно не скажет, в каком именно году были основаны, к примеру, Белоомут, Ловцы, Дединово. Но есть и исключения. Если не брать в расчёт те населённые пункты, что возникли в советское время, то одним из них будут Ловецкие Борки.

Это село возникло как выселок из соседних Ловец. Белоомутский краевед В.К. Влазнев в своём труде “Материалы для исторического очерка бывших “Государевых Дворцовых рыбных ловцов сел: Белоомута, Ловец, Любичи и Дединова” сообщает: “Александр Рославлев в 1786 г., в. 8 верстах от с. Ловец, построил Киро-Иоанновскую церковь, существующую до ныне где образовалось с. Ловецкие – Борки, в коем жителей ныне до 700 п. об. п.”

Долгое время село в различных документах называлось как Ловецкие Выселки, так и Ловецкие Борки. Только в начале ХХ-го века за окончательно закрепилось название “Ловецкие Борки”. Однако, возможна некоторая путаница: “Списках населенных мест Российской империи, составленных и издаваемых Центральным статистическим комитетом Министерства внутренних дел”, изданных в 1859 и 1862 годах, Ловецкие Выселки даны как второе название хутора Каданок (который, в свою очередь, находился на месте современных Ольшан). Согласно этим изданиям, население Ловецких Борок составляло более восьмисот человек обоего пола.

Ловецкие Выселки (Борки) на карте из атласа Менде (середина ХIХ века)

В районе села известны неолитические стоянки. В. Городцов в своей книге “Материалы для археологической карты долины реки Оки” приводит следующие сведения о Ловецких Выселках (Борках) и стоянках первобытных людей в их окрестностях:

“С. Ловецкие выселки — на берегу оз. Лучанскаго. Село основано в XVIII ст. гвард. офицером Рославлевым, построившим свой дом на холме, ранее, по народному преданно, служившем притоном популярного в этой местности разбойника Веревкина .

Холм, на котором будто бы стоял дом Рославлева, в настоящее время называется „Городком” и составляет южную оконечность дюны, занятой селом. Отходя от городка, Ловецкая дюна направляется вдоль западного берега оз. Лучанскаго, разделяясь на три гряды, отделенные довольно глубокими котловинами. Наибольшая длина дюны приблизительно равна 650, а наибольшая ширина —250 саженям.

Каждая гряда, не исключая даже участков, занятых постройками, несет более или менее развитой темный культурный слой, мощность которого на средних площадях варьирует около 4 — 5 вершков. Во всех пунктах, где только являлись обнажения темного слоя или производились землекопные работы, крестьянам удавалось находить, каменные орудия, которым, к сожалению, здесь не придают никакого значения и так же легко теряют их, как легко находят. Самые многочисленные находки этих вещей всегда скучились около южного холма дюны или “Городка” Этот холм ежегодно подмывается разливами весенних вод и большая часть его уже уничтожена. Каждый раз, после понижения вод разлива, подошва холма, по словам более интеллигентных обывателей, покрывается вымытыми из почвы кремнями разных форм и обломками посуды, доселе принимаемыми ими за обломки черепицы полусказочного дома Рославлева. Особенно много таких вещей было обнажено высоким уровнем разлива р. Оки в текущем 1895 году. Меня уверяли, что после разлива можно было бы в один день собрать обширную коллекцию обломков посуды и кремневых поделок у подножия одного только „Городка”. Но с течением времени, все это быстро уничтожается и исчезает. Главными истребителями являются дети, которые считают за удовольствие отыскать получше камень и подальше бросить его в воду, чтобы получилось несколько рикошетов.

При осмотре холма замечено, что он весь состоит из одних культурных остатков. Разрез его пепелисто-темный, местами с прослоями чистой золы, переполненной чешуйками рыб и обломками костей животных. Мощность темного золистого слоя достигает до 2 1/2 аршин. Вся подошва холма оказалась усеянною, окипевшими от времени створками раковин Unio (речной моллюск перловица -А.Г.) и обломками костей животных, среди которых легко распознавались челюсти медведя и лося. Эти предметы занимали площадь около 150 шагов длины и 30 шагов ширины. Россыпи их начинались от ограды сельской церкви и шли- узкою полосою между южною подошвою холма и берегом оз. Лучанского до западного ската всей дюны.

Обходя площадь россыпи, я в самое короткое время мог собрать более сотни обломков посуды, несколько штук кремневых осколков и орудий и несколько обломков костей, более пригодных для определения видов животных.

Все эти остатки относятся к весьма типичным къёккенмеддингам (кухонные мусорные кучи – А.Г.); обширность и сохранность их таковы, что — подобных им ни разу не встречалось на всем протяжении исследуемых нами участвовав долины р. Оки. На ряду с этими остатками изредка встречаются вещи и более поздней, несомненно, железной эпохи.

На противоположном берегу оз. Лучанского, как раз против Городка, находится вторая долинная дюна, называемая Хуторским бугром. Эта дюна имеет вид высокой гряды, вытянутой с запада на восток. Поверхность дюны еще маскирована луговою травою, но в разрезах канав, вырытых к востоку от хутора, я видел обнажения темного культурного слоя, содержащего осколки кремня. Мощность слоя достигала 3 четвертей, что указывает на богатство культурными памятниками и этой дюны.

Наблюдая отношения обеих ловецких дюн к аллювию долины р. Оки, легко заметить, что подошва их скрывается под слоем последнего.

В заключение остается сказать несколько слов о характере собранных на холме Городка культурных остатков.

Собранные кремневые орудия немногочисленны, тем не менее их достаточно, чтобы дать, им место среди памятников конца неолитической эпохи. Тщательно и вполне симметрично оббитый наконечник кремневой стрелы, красиво подправленный небольшой овально-плоский скребок, тонкая и длинная ножевидная пластинка, несут полное число признаков вполне характерных для предметов указанной эпохи.

На принадлежность к той же самой эпохе указывают и более многочисленные обломки глиняной посуды. Они так же характерно испещрены обильным орнаментом, они так же сделаны или из чистой иловатой, или из иловатой с примесью раковин глины, как посуда, обычно встречаемая на окских стоянках позднейших дней неолитической эпохи. По обилию, изящности и разнообразию встреченного здесь орнамента на станках посуды, Ловецкую стоянку можно сравнить с богатейшими окскими стоянками; Волосовской, Плехановской, Борковской и Дубровической.”

Луховицкий район богат археологическими памятниками. Помимо названных неолитических стоянок в районе Ловецких Борок, в нём имеются следы других поселений разных эпох. С собранной в одном месте информацией можно ознакомиться по ссылке: https://www.zamky.com.ua/ru/moskovskaya-oblast/arheologyya-y-drevnyaya-ystoryya-luhvytskogo-rajona/

Следует заметить, что старое название озера, около которого расположены Ловецкие Борки — Лучанское, к настоящему времени практически забыто и не употребляется. Сейчас это озеро больше известно как Борковское.

Как уже было сказано выше, основание села было положено Рославлёвым в 1786 году, когда была выстроенна деревянная Киро-Иоанновская церковь. Выбор этих святых был обусловлен тем, что именно в день их памяти, 28 июня (11 июля) 1762 года произошел переворот, приведший к восшествию на русский престол императрицы Екатерины II. За поддержку во время дворцового переворота, императрица щедро наградила его участников, в частности она пожаловала капитану Измайловского полка Александру Рославлёву Верховскую половину села Ловцы.

Информация о старом храме с сайта templs.ru:

“Деревянная однопрестольная церковь выстроена в 1786 помещиком А. И. Рославлевым, в 1849 расширена пристройкой трапезной и колокольни. Западная часть храма сгорела в 1854, к 1856 восстановлена. Здание кораблём завершалось восьмигранным куполом, четырехъярусную колокольню венчал высокий шпиль. После постройки каменной церкви не использовалась, сломана не позже сер. ХХ в.”

Сохранились снимки старой деревянной церкви, сделанные уроженцем Ловецких Борок, фотографом Павлом Ивановичем Левинским.

Новая Успенская церковь в Ловецких Борках была выстроена в начале 1890-ых годов, колокольня была сооружена десятью годами позже. П.И. Левинский запечатлел этот храм до постройки колокольни:

Успенская церковь в Ловецких Борках. Конец ХIХ-го – начало ХХ-го века.

Кирпичное одноэтажное здание слева от церкви — церковно-приходская школа, открытая в 1881 году. В советское время это здание так же использовалось как школьное, до закрытия ловецко-борковоской школы в 1980 году.

Базар в Ловецких Борках. Конец ХIХ-го – начало ХХ-го века.Слева здание школы. Фото П.И. Левинского.
Современный вид храма в Ловецких Борках.

Жизнь в селе текла в целом тихо и размерено, однако, в 1866 году Ловецкие Борки стали центром, как сейчас сказали бы, резонансного уголовного дела. Местный крестьянин Василий Горлов был обвинен в утоплении своей жены. Пересказ всей этой истории занял бы много времени, приведу здесь лишь ссылки на описание этого дела.

Из книги “Замечательные судебные дела”:

https://нэб.рф/catalog/000199_000009_003578767/viewer/?page=171

Из книги “Оправданные, осужденные и укрывшиеся от суда”:

https://нэб.рф/catalog/000199_000009_008102119/viewer/?page=135

Я писал эту статью по материалам, найденным в Интернете, не занимаясь архивной работой. И вот такой парадокс: если дореволюционный период в найденных материалах освещен более-менее подробно, то начиная с 20-ых годов в сети нет почти ничего о жизни села в советский период. Есть отдельные сведения: в 1929 году село вошло в крупный совхоз “Гигант”, позднее в селе был организован колхоз (“Победа”?, как указано в одном из источников, либо “Имени Кирова” с центральной усадьбой в Ловцах). После организации в 1960 году совхоза “Приокский”, земли бывшего колхоза вошли в его состав.

В настоящее время, постоянное население Ловецких Борок составляет менее пятидесяти человек, по сути село стало дачным посёлком, хотя в лучшие времена, по разным оценкам в селе проживало от 600 до 800 человек.