Автор – Анатолий Горбунов

1929 год… Чем был знаменателен, какой след оставил в истории?

Если бегло пробежаться по списку значимых событий, произошедших в этом году, то можно отметить дату, имеющую непосредственное отношение к теме настоящего повествования: 24 января Политбюро ЦК ВКП(б) приняло постановление «О мерах по усилению антирелигиозной работы».

Иногда 1929 называют «годом великого перелома». Это выражение пошло от названия статьи И.В. Сталина «Год великого перелома: к XII годовщине Октября».

Этими словами Иосиф Виссарионович, видимо, хотел сказать, что ситуация в стране коренным образом изменилась: преодолены последствия империалистической и гражданской войн, устранены пережитки прошлого. Был взят курс на окончательное сворачивание НЭПа, началась массовая коллективизация, когда обобществляли всё что только возможно, начался переход от страны преимущественно аграрной к стране индустриальной.

Обычно под переломным моментом понимают какое-либо событие, резко и бесповоротно меняющее положение дел. Но одновременно с этими глобальными переменами, зачастую ломаются и отдельные человеческие судьбы. Всё вышесказанное вполне может быть соотнесено с историей нашего края.

Советская власть стремилась всячески показать, что вместо прежней России, строится совершенно новое государство. Это подчеркивалось в том числе и изменением территориально-административного деления. На смену самой распространённой схеме «Губерния→уезд→волость», внедрялась новая – «Область→район→сельсовет». Это было не просто переименование, как правило границы новых образований не совпадали со старыми, перекраивались так, как это казалось правильным новой власти. На месте Зарайского уезда, в который с конца XVIII века входил Белоомут, было образовано несколько районов, в том числе и Белоомутский, включивший в себя, в основном,заокские земли бывшего Зарайского уезда (Белоомутский район был образован 12 июля 1929 года).

И если изменение территориального деления приводило разве что к разрыву десятилетиями складывающихся экономических связей (населённые пункты из бывшего уезда оказывались в разных вновь создаваемых районах, а то и областях), то идеологические перемены затрагивали не материальные, а духовные сферы жизни людей. Церковь была отделена от государства, религия была объявлена явлением вредным, мешающим развитию нового коммунистического строя. Фактически, религии была объявлена беспощадная война.

Одним из средств Идеологической борьбы, было создание в 1925 году «Союза безбожников», второй съезд которого прошёл в Москве 15-17 июня 1929 (ещё одна дата, имеющая отношение к описываемым событиям). На съезде было принято новое название организации «Союз воинствующих безбожников». Не исключено, что в числе делегатов съезда, были представители Белоомута, во всяком случае, местное отделение этой организации, как будет видно ниже, в селе существовало.

С трибуны съезда звучали, в том числе призывы об усилении борьбы с религией на местах, и вероятно события, произошедшие в Нижнем Белоомуте в конце июля, так илииначе берут начало именно там.

…Неспокойным выдался конец июля 1929 года в Нижнем Белоомуте, только недавно ставшим центром вновь образованного Белоомутского района. Какие же события произошли тогда, что именно случилось? В советское время по понятным причинам об этом не принято было говорить и писать, но народная память, конечно же, хранила эти события. Ровно 90 лет тому назад произошло массовое выступление местных жителей, протестующих против закрытия главного храма Нижнего Белоомута, храма Преображения Господня.

Всего в Белоомуте насчитывалось четыре каменные церкви: самый большой и красивый храм Преображения Господня в Верхнем Белоомуте (он считался одним из самых больших и богатых храмов Зарайского уезда), храм Трёх Святителей на кладбище Верхнего Белоомута, Преображенский храм в Нижнем Белоомуте и Успенская церковь на кладбище Нижнего Белоомута. Все эти храмы в советское время были закрыты: Преображенский Нижнего Белоомута – в 1929 году, Преображенский Верхнего Белоомута – в 1933 году, Трёх Святителей – в 1937, Успенский – в 1938 году. Судьбы храмов сложились по разному. Преображенский храм Нижнего Белоомута был полностью снесен и разобран на кирпич, который в основном был использован для строительства первых двух этажей здания швейной фабрики.

Храм Преображения Господня в Нижнем Белоомуте. Снимок П.И. Левинского, начало ХХ-го века.

Преображенский храм Верхнего Белоомута лишился колокольни и главок, кирпич от снесенной колокольни частично был использован при строительстве кожгалантерейной фабрики.

Преображенский Храм Верхнего Белоомута. Снимок начала ХХ-го века.

В Трёхсвятительском храме были устроены склады кожгалантерейной фабрики и ПОСПО.

Храм Трёх Святителей. Снимок начала ХХ-го века.

Успенский храм долгое время стоял открытым и понемногу ветшал и разграблялся.

Успенский храм. Снимок Советского периода.

Вернёмся к основной теме нашего повествования. Рассекреченные архивы ОГПУ сохранили довольно подробный отчёт о событиях 29 июля 1929 года. Приведу полностью данные материалы, источник: http://istmat.info/node/30420)

«1929.07.30

Источник: Трагедия советской деревни. Коллективизация и раскулачивание. Документы и материалы Том 1 май 1927 — ноябрь 1929. Москва РОССПЭН 1999. Стр. 671-673.

Архив:

ЦА ФСБ РФ. Ф. 2. Оп. 7. Д. 86. Л. 58—61. Заверенная копия.

№ 219

Совершенно секретно.

29 и 30 июля в с. Н.Белоомуты происходило массовое выступление верующих против закрытия местной (одной из двух имеющихся в селе) церкви. Вопрос о закрытии церкви был впервые поставлен рабочими швейной фабрики заготхозяйства милиции «Красный милиционер» еще в марте с.г. с тем, чтобы церковь была передана фабрике. Вопрос этот был затем обсужден и получил положительное разрешение на расширенном заседании сельсовета, на собрании бедноты и актива и на собрании местной организации «Безбожник». Ходатайство этих организаций (общего собрания граждан с. Белоомуты не устраивалось) в июне утверждено Рязанским ГИК (постановление ГИК не было утверждено ВЦИК). Недели две тому назад сельсоветом на основании этого постановления у церковного совета были отобраны ключи от церкви.

Накануне выступления, 27 и 28 июля, местными попами Головановым и Сербариновым, председателем церковного совета Подболотовым и местными торговцами Беленовским и Фирсовым и другими начали усиленно распространяться слухи о том, что 29 июля «безбожники будут снимать кресты и иконы в церкви». Вместе с этим они рассказывали, будто каждую ночь безбожники ходят в церковь и надругаются над святыней. Уезжавших 29 июля на сенокос граждан эти лица предупреждали, чтобы они по набатному звону собирались к церкви.

29 июля с 4 час. утра к церкви группками стали собираться верующие, главным образом старухи, старики и подростки. К 7 часам утра к церкви собралось до 200 чел. Из толпы раздавались выкрики: «Не дадим церковь! Помрем — перейдете через наши трупы, но церковь не отдадим. Хлеба не даете, а церковь отбираете, гнать всех коммунистов, вешать, давить надо». Прибывшего на место происшествия райуполномоченного ОГПУ, пытавшегося уговорить толпу разойтись, толпа не захотела слушать, продолжая угрожающие выкрики: «Бей его! Они приезжают только грабить нас». Под напором толпы уполномоченный вынужден был удалиться в помещение сельсовета, откуда по телефону поставить в известность председателя оргкомиссии, прося его прибыть с другими членами оргкомиссии на место и убедить толпу разойтись.

Местные партийцы, работавшие в кооперативе и на фабрике «Красный милиционер», узнав о происшедшем, тем не менее, во время напора толпы на уполномоченного ОГПУ никто не пришел на помощь.

Прибывших на место членов оргкомиссии Панина, Твердова и Нового и военкома Зарайского УВК и других толпа, к этому времени увеличившаяся до 300 чел., встретила камнями. Прибывшие товарищи безуспешно пытались уговорить толпу и под ее напором вынуждены были укрыться в помещении сельсовета. За ними направилась и возбужденная толпа, выкрикивая: «Не трожьте церковь! Мы ее вам не отдадим! Умрем или вас побьем! Отдайте нам ключи!»

Часть верующих, оставшись у церкви, ударила в набат. На набат собрались не только местные жители, находившиеся в селе, но на лошадях прибыли и бывшие в это время на сенокосе (предупрежденные заранее — см. выше). Толпа количеством достигла 1000 чел. Окружив помещение сельсовета и продолжая угрожающие выкрики против вышедших из сельсовета для уговоров толпы членов оргкомиссии и партийцев, «настойчиво требовала выдачи ключей от церкви. Подстрекаемая антисоветскими элементами толпа с криками: «Бей!» — бросилась на членов оргкомиссии, которые вынуждены были вновь укрыться и запереться в помещении сельсовета. Оставшегося на улице т. Панина верующие начали толкать, избивать, Панин, вырвавшись из толпы в пожарный сарай, на лошади ускакал в с. В.Белоомуты. Среди партийцев, запершихся в сельсовете, началась паника, и, когда райуполномоченный ОГПУ, увидев начавшуюся расправу над т. Паниным, предложил партийцам пойти защитить избиваемого, партиец Дюпин крикнул: «Лучше пожертвовать одним, чем погибать всем».

Райуполномоченного ОГПУ, бросившегося на помощь Панину (к тому времени уже бежавшему), окружила часть толпы, человек в 200, начала толкать, жать, подталкивая на середину с криками: «Не допускать его! Бей его! Давай ключи, иначе растерзаем». Уполномоченному из толпы плевали в лицо, размахивали кулаками и т.п.

Окруженного райуполномоченного и захваченного председателя сельсовета Буданова толпа не выпускала, предъявив требование членам оргкомиссии, укрывшимся в сельсовете, выдать ключи, угрожая в противном случае самосудом над захваченными. Члены оргкомиссии обещали выдать ключи через 10 минут. Так как через 10 минут ключи выданы не были, из толпы начали раздаваться выкрики: «Если еще через 10—15 минут не дадут ключи, то мы вас разорвем». Когда ключи были принесены, толпа не отпустила захваченных, потащив их к церкви и угрожая им: «Если только ключи окажутся не те, мы вас разорвем», и отпустила лишь только тогда, когда церковь была отперта.

Как только церковь открыли, женщины вымыли полы и предложили местным попам Голованову и Сербаринову отслужить благодарственный молебен. Те служить без разрешения оргкомиссии отказались. Это вновь вызвало возбуждение толпы, и последняя было направилась опять к помещению сельсовета. Только тогда, когда попы согласились служить, возбуждение улеглось.

Верующие, начав молебен, расставили по переулкам и вокруг церкви пикеты. Молебен продолжался с 8 час. вечера до 11 час. ночи. На паперти церкви, во время молебна, слышались выкрики: «Даешь собрание! Осуждаем поступки власти в том, что она оторвала от работ, мы загнали своих лошадей, испугали наших детей, давай напишем на них прокурору, давайте требовать хлеба». Среди верующих антисоветскими элементами (персонально выявлены) распространялись слухи, будто власть сегодня ночью возьмет 8 чел. и расстреляет. Эти же лица уговаривали не расходиться, а устроить на месте собрание, на котором вынести резолюцию о неправильных действиях местных властей и возбуждении ходатайства о возвращении церкви, выдвигая в качестве председателя собрания дочь бывшего торговца, сейчас учительницу Волкову В. Верующие, ввиду позднего времени, устраивать собрание отказались и разошлись. На следующий день, 30 июля, с 4 час. 30 мин. утра верующие вновь ударили в набат и собрали толпу. Подробности о происшедшем 30 июля будут сообщены дополнительно.

Во время выступления из толпы раздавались выкрики, кроме требований о возвращении церкви, требования о свободе частной торговли, о выдаче хлеба и др. В данном случае отобрание церкви было лишь предлогом для антисоветской демонстрации и выступления, спровоцированного церковными и антисоветскими элементами.

На место из Коломенского окротдела ОГПУ выехали сотрудники. Коломенское окружное оргбюро ВКП(б), оргкомитет и окрпрокурор о происшедшем информированы.

Помощник начальника Информотдела ОГПУ Запорожец.

Помощник начальника 7 отделения Иванов.»

Работники упоминаемой в тексте конторы Заготхоза милиции. Сейчас в этом здании расположен молодежный центр (клуб БШФ в советское время).

Какие последствия повлек за собой протест белоомутцев? Естественно, советская власть не могла оставить всё это безнаказанным. Последовали массовые аресты, самые активные участники были казнены (в первую очередь, служители церкви). Надо думать, что не последнюю роль в ликвидации самостоятельного Белоомутского района сыграли именно эти события.

Теперь немного об истории уничтоженного храма.

«Храм основан в 1775 году, тщанием Анны Игнатьевны Похвисневой и других благодетелей. Освящена в 1797 году. Церковь каменная с такой же колокольней и городьбой, крытой железом. В церкви 3 престола:
– главный престол во имя Преображения Господня.
– правый престол во имя Покрова Пресвятой Богородицы.
– левый престол в честь апостолов Петра и Павла.
Земли под церковью и оградой 900 квадратных саженей.
Приход в 1890 году: 356 дворов, – мужчин 1200; – женщин 1223; грамотных: – мужчин 930; – женщин 840.
Штат: – 3 священника; – 1 дьякон; – 3 псаломщика.
(Ведомости о церкви Преображения Господня, состоящей 4-го округа Зарайского уезда Рязанской Епархии в селе Нижнем Белоомуте. Государственный архив Рязанской области, Рязанская духовная консистория, Рязанская губерния (клировые ведомости)).»

Местный краевед В. Влазнев, в своём «Материалах для историко-статистческого очерка бывших «Государевых Дворцовых рыбных ловцов сел Белоомута, Ловец, Любичи и Дединова”, сообщает следующие сведения:

«О с. Белоомут первое летописное известие встречается в „приправочных рязанских книгах” за 1616 г.”, но оно, несомненно, существовало много ранее, ибо по „писцовым книгам” Григория Бутикова 7128 (1620) г. значится, что „в с. Белоомуте рыбаковских, крестьянских 145 дворов, и на церковном лугу сена ставится 70 копен волоковых. Следовательно была, церковь. Исходя из этого, должно полагать, что время развития Белоомутской общины—царствование Иоанна Грозного, при коем, как видно из Русской истории, было время полного развития крестьянских общин и прав крестьян, в каковом виде и оказалась, как увидим ниже, Белоомутская община в начале XVII в , управляемая выборными старостами и пользующаяся свободою»

Конкретно о нижнебелоомутском храме:

«Ныне здесь 2 каменные церкви, из коих главная Преображения, с приделами Покровским и Петропавловским, построена вместо деревянной церкви в 1797 г.: другая кладбищенская Успенская, построена в 1840 г. Бывшая здесь начальная деревянная церковь построением относится к 1628 г., что показывает имеющееся в здешней церкви большое Евангелие с надписью по листам: «Лета 7136 (1628) марта в 4 день приложил сию книгу, Евангелие напрестольное, государев казенного двора Дьяк Булгак Милованов в Рязанском уезде в Перевицком стану в Государ. Дворцовые с. Белоомут, к церкви Преображения Спасова, при Государе Царе и Велик. Князи Михайле Феодоровиче всея Руссии, а сие Евангелие дано попу тояж церкви Афонасию и подписал сие Евангелие, по моему Булгакову веленью, тояж церкви поп Афонасий Афонасьев сын». 3а тем в «оклад, книг. 7182 (1674) г сказано, что «церковь поставлена вновь, а прежде сего приходили к одной церкви, а ныне поставили у себя церковь в том-же селе».

Как видно по фотографиям, на колокольне храма располагались часы (часы так же были и на колокольне Преображенского храма Верхнего Белоомута). Бросается в глаза сходство колоколен Преображенских храмов, возможно это была работа одного архитектора. Сами же храмы сильно отличались: верхнеполовинский был больше по площади, массивный четверик храма венчал круглый барабан. Тип нижнеполовинского храма – “восьмерик на четверике”. Изначально небольшая трапезная нижнеполовинского храма была расширена в результате реконструкции приблизительно в 1903 году, в то время как другой Преображенский храм изначально имел обширную трапезную.

В настоящее время на месте разрушенного Преображенского храма находится поселковый сквер с памятником Ленину. До революции же, рядом с храмом находился открытый в 1911 (по другим сведениям – в 1912) году памятник Александру II, поставленный в ознаменование 50-ой годовщины освобождения крестьян от крепостной зависимости.

Открытие памятника Александру II в Нижнем Белоомуте.

Все три уцелевшие белоомутских храма в настоящее время возвращены верующим и используются для богослужений. К существующим, добавился новый храм – небольшая деревянная церковь Матроны Московской на новом белоомутском кладбище.